04.05.16-ТИТАНИЧЕСКИЕ УСИЛИЯ З.АЛМАТОВА

В настоящее время начальник Следственного управления министерства внутренних дел Республики Узбекистан (СУ МВД РУз) господин Алишер Шарафутдинов от имени министра внутренних дел РУз господина Зокиржона Алматова прилагает «титанические усилия» по части искоренения пыток из практики следственных органов своего ведомства….

O’ZBEKISTON INSON HUQUQLARI JAMIYATI

(O’IHJ)

ОБЩЕСТВО ПРАВ

ЧЕЛОВЕКА УЗБЕКИСТАНА

(ОПЧУ)

HUMAN RIGHTS

SOCIETY OF UZBEKISTAN

(HRSU)

27, 15, Yunusabad-4, TASHKENT, 700093; tel/fax (998712) 24-82-47; tel. (99871) 121-74-47

Press Center of Human Rights Society of Uzbekistan

hrsu_tolib@rambler.ru, hrsu_tolib@yahoo.com ________________________________________________

 

16 мая 2004 г.

В условиях отсутствия справедливости и правосудия

государство превращается в шайку разбойников

Августин Аврелий

СООБЩЕНИЕ ПРЕСС-ЦЕНТРА

ОБЩЕСТВА ПРАВ ЧЕЛОВЕКА УЗБЕКИСТАНА

В настоящее время начальник Следственного управления ИИ вазири Зокир АЛМАТОВминистерства внутренних дел Республики Узбекистан (СУ МВД РУз) господин Алишер Шарафутдинов от имени министра внутренних дел РУз господина Зокиржона Алматова прилагает «титанические усилия» по части искоренения пыток из практики следственных органов своего ведомства.

 

Говорят, что тем же самым по уши занят и господин Набиев, начальник Следственного управления Службы национальной безопасности (СНБ) Республики, но от имени своего Председателя Рустама Иноятова. Так как феномен массовости применения пыток создавался не без участия прокуратуры и судебных органов, то до нас доходят слухи о том, что Генеральный прокурор господин Рашитжон Кадыров и Председатель Верховного суда РУз госпожа Фарруха Мухитдинова также активно включились в данный процесс.

 

Так как пытать людей не благородно, поэтому они, говорят, задались с весьма благородной целью: искоренить пытки … (смотри подчеркнутое выше). Хотя они и их предшественники еще в начале 90-х годов прошлого столетия «как детская шалость» внедрили в практику следственных органов и других пенитенциарных учреждений (колоний исполнения наказания и т.д.) это самое социальное зло. Для выбивания признания от подследственного или подавления воли заключенного, разумеется.

 

Как отнеслись судьи из ведомства госпожи Ф.Мухитдиновой (ранее – господ У.Мингбаева, Ишметова) к применению пыток, о которых рассказывали подсудимые во время судебных процессов – общеизвестно. Почти во всех судебных приговорах либо о пытках ничего не написано, либо читаем в них фразу: «Во время судебного следствия подсудимый (ая) А. утверждал (а), что его (ее) пытали, чтобы он (она) подписал (а) нужные следствию бумаги. Суд считает, что А. оговаривает следователя Б. , чтобы избежать наказания за свое преступное деяние».

 

Для такой благородной цели власти:

а) создали государственную комиссию во главе с небезызвестным государственным «правозащитником» господином Акмалем Саидовым;

б) разработали «Национальный план по искоренению пыток»;

в) организовали группу из представителей силовых структур как А.Шарафутдинов (МВД), Набиев СНБ), заместитель начальника Главного управления исполнения наказаний (ГУИН) господин Михаил Гуревич и т.д.; Как говорят люди, группа состоит из наиболее сердобольных людей силовых структур, сострадание у которых к человеку, находящегося в неволе, наиболее выпукло.

 

Создана еще одна группа – правда, уже со стороны американской правозащитной организации «Freedom House», правда из правозащитников неправительственного сектора – которая называется «Группой быстрого реагирования на происходящие пытки». Так вот, эти две группы периодически встречаются (по меньшей мере два раза в месяц) и горячо обсуждают проблему искоренения пыток из практики органов, представители которых, как вы уже знаете, составляют первую группу. Понятно, с кофе-брейком, горячим обедом и шведским ужином. Встречи проходят в основном в Ташкентском офисе «Freedom House», но иногда и за городом на лоне природы, как это было 13 мая с.г.

 

Сведущие люди говорят, что каждый раз, как это было 2 сентября 2003 года в Национальном центре по правам человека Узбекистана, возглавляемом госп. А.Саидовым, когда встречается эти группы, госп. А.Шарафутдинов пудрит мозги представителей второй группы, убеждая их, что массового применения пыток в нашей стране нет, есть отдельные случаи применения пыток со стороны следователей, и то по просьбе самих подследственных, что немедленно исполняется, дабы не нарушить права человека.

 

Вот что пишет Шахноза Гуломназарова (1970 г.р.), жительница г.Ташкента.

 

31 марта 2004 г. примерно в 1930 зазвонил звонок входной двери моей квартиры (1965 г.р.). Неизвестные люди потребовали открыть дверь. Так как мужа не было дома, я не стала ее открывать и сказала, чтобы они пришли вместе с председателем домового комитета Махмудом Даминовым. Через некоторое время неизвестные люди пришли вновь, но уже с домкомом.

 

Неизвестные люди потребовали показать свой паспорт и паспорт мужа. Полистав их, они не стали возвращать паспорта обратно. Спросили: «Где муж?». Я ответила, что он утром ушел по делам. Неизвестные, которые отказались представиться, сказали: «Одевайтесь, пойдете с нами». Я сказала: «У меня четверо дочерей, все несовершеннолетние. Кому я их оставлю? На каком основании вы меня забираете? Подождите немного, пусть придет муж, поговорите с ним. Старшая дочка лежит больной, посмотрите, с температурой, кому я их оставлю? Сама я больна полиартритом и сердечным недугом».

 

М.Даминов сказал: «Эта семья самая примерная, никаких противоправных деяний муж и жена не совершали, ни к каким экстремистским течениям они не причастны. Оставьте их в покое». Не помогло. Сказали, что если я не пойдет по-хорошему, то они применят силу. На улице стояли две машины, в одной повезли меня в Ташкентское городское управление внутренних дел (ГУВД). В одном из кабинетов начался допрос:

 

—Почему позвонила в Бухару?

—Я не звонила в Бухару.

—Неправда, ты в воскресенье звонила в Бухару.

—В воскресенье я была на свадьбе.

—Не морочь мне голову – закричал допрашивающий, а другой сказал:

—Всем вам пулю в рот надо отправить, – и стал страшно материться.

От такого натиска и ругани я растерялась, начался сердечный приступ. Допрашивающий стал издеваться:Я совершенно растерялась, потому что ничего не понимала. Допрашивающий спросил:

—Почему позвонила в Бухару?

Я не звонила в Бухару.

—Неправда, ты в воскресенье звонила в Бухару.

—В воскресенье я была на свадьбе.

—Не морочь мне голову – закричал допрашивающий, а другой сказал:

—Всем вам пулю в рот надо отправить, – и стал страшно материться.

 

От такого натиска и ругани я растерялась, начался сердечный приступ. Допрашивающий стал издеваться:

—Дать тебе веревку, выбросься в окно, шахидом будешь. Кто тебе звонил? Где хотела организовать взрывы?

Я совершенно растерялась, потому что ничего не понимала. Допрашивающий спросил:

—Есть знакомые в Бухаре?

—Нет.

—А этот номер телефона чей?

—Это телефон соседа. Я продаю мед на рынке, я продавала ему мед.

—Не морочь мне голову – закричал опять допрашивающий и начал крыть меня матом пуще прежнего.

 

Меня повезли в Шайхантахурское РОВД. Ночь провела там в камере. Так как у меня ревматизм, в ногах появились страшные боли из-за сырости от бетонного пола. В РОВД меня подвергли новому допросу. Утром мне дали чистую бумагу и сложенную листовку «Хизб ут-Тахрир» и сказали: «Пиши!». Я испугалась. Знала, что держать в руке такую листовку страшно. «Пиши, что нашла на улице». Я спросила: «Почему я это должна написать?». Мне ответили: «Дура, не понимающая добро. Сейчас поедем к тебе домой, подложим туда бомбу, и 5-6 лет тюрьмы тебе будет обеспечено. Выбирай, если напишешь как мы тебе сказали, освободишься через 10 дней». Я была вынуждена написать следующее: «Я листовку нашла на улице. Так как на нем был аят из Корана, я подняла листовку и положила в карман. Ко мне подошли сотрудники милиции и его изъяли».

 

«В суд» – сказали в РОВД. Судили сами, ничего не спрашивали. Затем повезли опять в ГУВД. Там насильно отобрали платок с головы и спустив в подвал, заперли в камеру. Там сырости было еще больше и от болей в ногах я начала хромать. Три раза я теряла сознание. После допроса я также потеряла сознание и упала. Меня в камере привели в себя. Во время допроса меня оскорбляли, безбожно матерились. Потребовали, чтобы я созналась в том, что я была намерена устроить взрывы в четырех местах. Или же написать фамилии женщин, которые хотели подорвать себя.

 

Я сказала: «У меня нет знакомых в Бухаре. Моя старшая дочь учится на курсах по обучению арабскому языку при посольстве Арабской Республики Египет. С ней на этих курсах обучалась девочка из Бухары по имени Наргиза. Она, в августе прошлого года, уезжая домой, пригласила нас на свою свадьбу. Я не смогла поехать в Бухару. В день свадьбы к нам позвонила сама Наргиза. Я сказала, что приехать в Бухару мне не позволяет мое здоровье. В декабре она вновь позвонила и сказала, что едет к нам в гости. Через 4-5 дней она приехала к нам в гости. Утром она от нас позвонила к себе домой в Бухаре и сказала, что приехала благополучно. Побывав один день, она уехала в Бухару. Больше я ее не видела и с ней не созванивалась».

 

Сотрудники ГУВД мне не верили и повторяли допрос вновь и вновь. Я им старалась объяснить, что муж зарабатывает мало, поэтому я сама стараюсь подзаработать на рынке продажей меда. Старшая дочь инвалид и передвигается на коляске, у нас нет денег для ее лечения. Третья дочь страдает ревматизмом-миокардом, часто у нее случаются приступы сердца. Я сама состою на учете в 1-й городской больнице.

 

11 апреля меня повезли в спецприемник на Панельной близ Куйлюка. Там мне вручили квитанцию штрафа на 8200 сумов. Меня там освободили с условием, что я заплачу этот штраф, что я и выполнила. 16 апреля в 1430 снова пришли трое из милиции (Санжар, Хамза, третий не назвался). Сказали, что проведут обыск в квартире. Ордер на проведение обыска они не имели. В качестве понятых пригласили троих наших соседей. Изъяли школьные учебники дочери, комментарии Корана, несколько небольшие брошюрки по Исламу, купленные мной в книжных магазинах, паспорта, метрики о рождении детей. Сказали, что вновь заберут на два часа. Дети стали плакать, у третей дочки начался приступ сердца. Перепугавшись, я потеряла сознание. Дети позвонили моему старшему брату. Когда он приехал, его же забрали, отпустили только вечером.

 

Паспорт до сих пор не вернули, и поэтому не могу получить пособие на детей. Мужа я видела в последний раз 31 марта, в день моего ареста. Все мои попытки его найти терпят неудачу. Дети перепуганы, находятся под сильным нервным стрессом. Возле нашего дома постоянно находятся автомашины, откуда ведут наблюдение сотрудники милиции. 20 апреля ко мне вновь пришли сотрудники милиции, когда меня не было дома.

 

От ОПЧУ:  НАЧАЛЬНИК СЛЕДСТВЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ МВД РУз господин А.Шарафутдинов вероятно НЕ ЗНАЕТ, что в подвале ГУВД томятся более 300 женщин с 29 марта 2004 г. Он, конечно, не знает, что Мастуру Латипову, 45 лет, арестованную 29 марта, во время допроса избивали дубинкой, пинали ногой. Все ее тело покрыто синяками и ссадинами. Она была в одной камере с Шахнозой Гуломназаровой.

 

Знал бы госп. А.Шарафутдинов об этом, он обязательно оперативно поднял бы «Группу быстрого реагирования на происходящие пытки», созданную, как было сказано выше, американской правозащитной организацией «Freedom House», а не попивал бы кофе на Чарваке с правозащитниками, обсуждая с ними «Национальный план по искоренению пыток».

 

Женщина по имени Тамара (1972 г.р.), родом из Кашкадарьинской области, которая находилась на третьей неделе беременности, также подверглась избиению дубинкой, ее пинали, когда она упала. При этом у нее начался выкидыш плода, началось кровоизвержение из матки. Ее живот покрыт сплошными синяками. Ее арестовали вместе с мужем, подложив в их дом гранату. У них остались дети 3-х и 4-х лет. Понятное дело, госп. А.Шарафутдинов об этом ровным счетом ничего не знает. А то …

 

Мирвохид Умаров, проживающий по адресу: массив Тинчлик, улица Куеш, 40, от побоев потерял рассудок, после чего его доставили домой. Он избил жену и выгнал ее мать. Не осознавая, что делает, беспричинно избил своего брата Мирзохида Умарова. К ним пришла группа сотрудников милиции с видеокамерой и, засняв кое-какие эпизоды, забрали всех женщин в РОВД, но вскоре их отпустили домой.

 

Информация о том, что в эти дни бравые ребята из Ташкентского ГУВД и районных ОВД избивают и пытают людей так, что они теряют даже рассудок, естественно до госп. А.Шарафутдинова не доходит. Если бы дошла, то он, как истинный борец за искоренение пыток и жестоких обращений в следственных органах и в системе ГУИН, вместе с «Группой быстрого реагирования» и руководством организации «Freedom House» пошел бы войной против зарвавшихся сотрудников, работающих под его началом.

 

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s